Судьба Антонио Ринальди складывалась очень непросто: главная фаза его творчества пришлась на ранний период правления Екатерины II, со всей присущей ему сложностью смешения и перехода стилей, а завершение карьеры зодчего было печальным из-за производственной травмы. Но именно благодаря Ринальди, которого Екатерина рекрутировала на место подавшего в отставку Растрелли, в город, наконец, пришел «дух Италии», то самое изысканное и уточненное итальянское барокко, такое яркое и очевидное в оформлении Мраморного дворца. В лекции уделено внимание теоретическим рассуждениям о формальных признаках рококо и размышлениям о несостоявшихся проектах Ринальди. Так, самой большое потерей для архитектуры нашего города автор курса считает не построенный ринальдиевский Исаакиевский собор, вместо которого был сооружено величественное, но уступающее проекту Ринальди в красоте и изяществе произведение Огюста Монферрана. Почему же все-таки имя Ринальди является «слепым пятном» в истории искусства можно узнать во второй лекции курса. 

Луиджи Руска творил в эпоху, когда облик Петербурга активно формировался, воплощая, наконец, идею Петра I о создании европейской столицы. Постройки Руски – не очень заметны прохожему с первого взгляда, они – не масштабные, не высокие, не кричащие, но вместе с тем очень гармонично вписанные в архитектурную ткань Петербурга. Они звучат как камерная музыка, для тех, кто умеет слушать и слышать. В персональном стиле Руски органично сливаются особое изящество и хрупкость палладианского зодчества с входившим тогда в моду французским ампиром, и это парадоксальное сочетание реализуется в его зданиях весьма деликатно. О том, почему сегодня невозможно представить себе наш город без его творений, и как случилось так, что присутствие Руски в Петербурге – устойчивое, повсеместное, хотя и как будто потаённое – в третьей лекции курса.